01.03.2026
Без рубрики
Close
https://vk.com/video-162616906_456239345 – видео на платформе vk
Добрый день. Я хочу уделить внимание образу славянской мифологии Змею Горынычу.
Это очень сильный образ, который включает в себя также элементы неврологии, функционирования нервной системы и возможности коррекции нарушений. На самом деле в этом видео мы подойдем к идее, что многие мифологические образы, сказки, былины несут в себе прежде всего практическую информацию, на основании которой впоследствии проще строить общее общение и как мы увидим, даже междисциплинарное…Приведу такой пример: в школе мы все изучаем базовые предметы: математику, анатомию, физику… И если в какой-то момент эти знания могут показаться нам бессмысленными, то в течение жизни в определенном контексте позволяют нам проще составить необходимое представление мире…
Например на занятиях физкультурой вы уже примерно знаете как устроено ваше тело, и инструктору легче объяснить совместную работу. Строитель находит общий язык с заказчиком… И так далее…
Так и знание об устройстве и работе нашего тела – это то, что полезно пронести через сказки и былины через поколения и года, как незыблемая основа, которая в бытовых условиях могла бы быть утрачена…Образ Горыныча и неврология
Так вот. Сказка о Змее Горыныче и Добрыне Никитичне – это рассказ о функционировании нервной системы. Взаимодействии двух ее частей. Части, которая сохраняет привычки и привычные автоматизмы. А с другой стороны – возможности к изменчивости и развитию…
И в этом сказка о Змее Горыныче напрямую соответствует самым известным полярностям
– добро и зло,
– светлое и темное
– Инь и Ян
– порождение и разрушение
– и так далее…
Если мы внимательно посмотрим на образ Змея Горыныча, то увидим, что практически всё в нём отсылает нас к Земле, к глубине, к автоматизму и к функции сохранения.
То есть к той части нервной системы, которая связана защитными реакциями, повторяемостью, стволу мозга, и относительно простым рефлекторным дугам….
Змей живёт не в небе, а у Сорочинских гор, в пещерах, у реки Пучай. Гора, пещера, нора – это всегда низ, глубина, утроба земли. Анатомически это крестец, основание позвоночника. Змей Горыныч не приходит извне, он вырастает из почвы. Это очень важный мотив: угроза не внешняя, а поднявшаяся из глубин.
Во-вторых, имя. «Горыныч» – буквально «сын горы», порождение земли. Это не воздушный дух, не небесный демон. Это продукт плотного, тяжёлого, нижнего слоя.
В-третьих, способ существования. Змей – это не разовый враг. Он возвращается. У него несколько голов. Срубили одну — активируются другие. Это чистый автоматизм. Повторяемость. Защитная программа, которая не рассуждает, а воспроизводит один и тот же сценарий.
В метафоре, которую мы уже обсуждали, Змей – это восходящий сигнал снизу-вверх. Это накопленные автоматические животные программы, которые поднимаются по спинному мозгу к «Киеву» – к центру управления.
И тут интересный момент. Анатомия Змея Горыныча. Почему он представлен именно в таком виде? Не огнедышащая кошка или змея?
Змей Горыныч – это большое круглое тело – вместилище силы, энергии, места где зарождается огонь. И три головы на длинной шеи (для удобства будем использовать самый частый образ – 3, хотя бывает и другое количество голов)…
Так вот в анатомии человека, автоматическим программам, погружению в глубину в большей мере соответствует сердце и точно находится ниже диафрагмы. И дальше идет взаимосвязь сердце – голова. И если представить, что зародившееся в теле энергия дракона доходит до сердца и сразу устремляется в голову, то и получается длинная шея.
Три головы Змея Горыныча – это три кита наших телесных автоматических реакций.
– телесный (боль, спазм),
– эмоциональный (страх, раздражение),
– смысловой (катастрофизация, образ врага).Так наше тело оставляет себе несколько каналов защиты.
Если мы «срубаем голову» – мы убираем симптом, но не устраняем источник проблемы. И на ее месте вырастают новые головы. То есть если мы убрали симптом, то на продолжающуюся угрозу организм будет продолжать реагировать автоматическими реакциями, обнажая все новые головы.
И в анатомии Змея Горыныча можно предположить интересное место. Так в случае трех голов на длинной шее – должна быть очень хорошо выстроена система регуляции. Потому, что если каждая голова будет производить разрозненные сигналы. То Змей Горыныч потеряет устойчивость… И в анатомии функцию защиты огня-сердца выполняет перикард, как элемент нервной системы.
И таким образом огнедышащий дракой, который сжигает все на своем пути – это очень сильный образ потери контроля и автоматизма, потерю контроля нервной системы над внутренними более глубокими процессами (двигательными, гормональными), когда мы начинаем все сжигать на своем пути. Таким образом Змей Горыныч – это не главный злодей.
Он охраняет внутренний мир и стабилизирует его. Летает вдоль Пучай реки (вдоль спинного мозга) и активирует автоматические реакции и симпатикотонию (огонь) тогда, когда это нужно. Приводя мир в устойчивое равновесие. Возникновение конфликта в истории
Самый классический конфликт неврологии – То что я делаю по привычке все еще работает. Но уже начинает приносить все больше и больше вреда. Но я выбираю не меняться, а сохранять действующую модель…
И история про Добрыню и Змея начинается именно с этого.
Так мать Добрыни запрещает ему сходить к Сорочинским горам, искупаться в Пучай реке. В былине – это голос старого мира, голос консервативной системы, которая пытается сохранить статус-кво любой ценой.
Старая система понимает, что на границе скопился колоссальный потенциал хаоса (Змей), но ее единственный метод борьбы – игнорирование и возведение границ.
Но мир действительно изменился. Змей уже слишком силен, он подошел слишком близко к границам Киева (человеческого мира). Стратегия «не ходить туда» ведет систему к неминуемой стагнации и последующему разрушению, потому что хаос рано или поздно прорвет эти границы сам.
Сам же Добрыня, как образ-героя, который должен сразится с Горынычем явно еще не готов к такому испытанию. Он не видит всей опасности своей затеи искупаться в Пучай реке. Ищет в ней возможность охладится и подышать свежим воздухом.
Первая встреча Добрыни со Змеем носит внезапный характер.
Можно сказать, что это первый раз, когда наши высшие центры сознания (а это образ Добрыни – лобные отделы головного мозга) увидели, что автономная нервная система не справляется с регуляцией. И этот момент застает нашу нервную систему врасплох…
Спасается Добрыня благодаря земли, которая была набрана в шапку греческую и с помощью которой Добрыня отшиб Горынычу одну голову и придавил к земле.
И это в контексте неврологии – первое пришедшее в голову решение, симптоматическое лечение. Которое убрало симптом. И все выглядит так, как-будто Добрыня договорился, что Змей больше не будет летать на землю Русскую, а Добрыня не будет трогать змеенышей. То есть мы видим, что решение не искореняет проблему. А лишь отодвигает ее.И отрубив одну голову, например телесные реакции – проблема остается неразрешенной на уровне эмоций и логического построения.
После освобождения Горыныч сразу повернул к Киеву, полетел к саду князя Владимира. А в ту пору в саду гуляла молодая Забава Путятишна, князя Владимира племянница…
Мы видим, что когда проблема не решена. То восходящий сигнал доходит до Князя Владимира – Таламуса, который является главным реле или фильтром входящей информации. И когда Змей лишился одной головы в результате лечения симптомов. То по двум другим головам сигналы дошли до таламуса. Но таламус теперь видит не полную картину… И по 2 составляющим вместо 3 уже не видит полную картину и не может выработать адекватной реакции… Поэтому теряет внутренний баланс (Забаву Путятишну) и переходит в защитное состояние. А забава оказывается в пещере у Горыныча. Что говорит о том, что теперь состояние стабилизации, гомеостаза заперто в недоступных для осознанной регуляции отделов мозга.
Вторая битва Добрыни Никитича со Змеем характеризуется как осознанный государственный подвиг, совершаемый по поручению князя Владимира для спасения его племянницы Забавы Путятишны. В отличие от первой случайной встречи, герой тщательно готовится к сражению: он берет верного дедова коня Бурку и получает от матери шелковую плетку (семишелковую), обладающую магической силой. Мы помним, что первая битва – простое решение уже не принесло результата.
И поэтому во второй раз битва длится намного дольше – 3 дня и 3 ночи, как символ полной перестройки всех уровней: тела, эмоций и смыслов.
Если вы еще помните, то в первой битве Добрыня сражался без коня – конь как символ медленных немиелинизированных неврных волокон. Медленную регуляцию тела. То есть работа лишь с быстрыми нервными цепочками не может дать прочную основу. И нужен конь. А также семишелковая плетка – как инструмент тонкой настройки с помощью которой можно уравновесить всю систему целиком.
И на этот раз отрубил Добрыня Горынычу все 3 головы. И потопал конь всех змеенышей.
После битвы наступает логический момент – старые деструктивные программы обузданы. Контроль взяла новая модель регуляции и поведения. Счастливый конец? Нет…
Плоды старых программ в виде интоксикации, нарушенных двигательных паттернов все еще присутствуют в теле. То есть образ будущего уже выработан. Оптимизирован. Но у него еще нет обрамления. И эта ситуация также требует определенного действия…”Хлынула из Змея чёрная кровь, разлилась к востоку и к западу, залила Добрыню до пояса. Трое суток стоит Добрыня в чёрной крови, стынут его ноги, холод до сердца добирается. Не хочет русская земля змеиную кровь принимать.”
И это один из самых интересных моментов истории. И удивительно, что он отсылает нас к легенде о индииском синеголом боге Шива.
Когда-то между богами и демонами шел непрерывный конфликт. Чтобы обрести бессмертие и переломить ход войны, они решили добыть из глубин океана Амриту – нектар бессмертия.
Прежде чем появилась Амрита, из глубин океана поднялся страшный смертельный яд. Этот яд был настолько токсичен, что угрожал уничтожить всё живое во Вселенной. Боги и демоны пришли в ужас и воззвали о помощи к великому богу Шиве.
Шива, не заботясь о собственном благополучии, решил выпить яд, чтобы спасти мир. Согласно легенд Он проглотил яд, но у него была способность остановить его, не давая проникнуть внутрь тела. Своим горлом очистил он яд, не давая отравить Землю. Но его горло из за этого окрасилось в синий цвет. Из-за чего он получил название – синегорлый бог.В этой истории мы также видим, что перед тем как получить желанный нектар Амриту – нужно избавится от деструктивных программ, которые уже не актуальны, но отравляют нашу жизнь…Так вот. Эта часть истории символизирует как раз то, чего стоит ожидать в истории про Змея Горыныча и Добрыню.
И избавление от деструктивных программ и подтверждение приверженности новым паттернам в неврологии происходит только через действие. Когда мы в определенной ситуации совершаем действие в рамках новой модели.
И на нашем теле это находит выражение в горловой чакре. То есть через слово. “Видит Добрыня, что Горынычу конец пришёл, вынул плёточку семи шелков, стал землю хлестать, приговаривать:
– Расступись ты, мать сыра земля, и пожри кровь змеиную. Расступилась сырая земля и пожрала кровь змеиную…”
Такая вот получилась история про Змея Горыныча. Это путь нашей нервной системы в ответ на то, когда она осознает, что существующие программы регуляции не справляются и необходимо вырабатывать новые. Образ Горыныча – это не образ злодея – а образ нашей автономной, животной части нервной системы. Которая, когда теряет контроль – сжигает в пламене автоматических реакций все человеческое (срыв у человека). А также образы высшей нервной системы, которая стабилизирует ситуацию, возвращая контроль и высвобождая скрытые ресурсы.
